Ünvan : 370001. Bakı,
İstiqlaliyyət, 49/ 26

(+99412) 492 42 41
TƏDQİQATLAR
MƏTBUAT HAQQIMIZDA
ExitPoll
Xüsusi Tədqiqatlar
Sosial demoqrafik tədqiqatlar
Parlament sorğuları
Qarabağ Problemi
Prezident sorğuları
Bakı sorğuları
Xarici Siyasət
Elektoral sorğular
Prezident seçkiləri



EKZIT-POL



TƏRƏFDAŞLARIMIZ :
.::Region Plus
.::INTERFAX
.::TREND
.::Новости - Азербайджан

ELEKTORAL SORĞULAR

QARABAĞ PROBLEMİ
MƏTBUAT HAQQIMIZDA -> 29.03.2010 - UNICEF НЕ ДОВЕРЯЕТ СВОИМ ДАННЫМ, А МЫ ДОЛЖНЫ ИМ ВЕРИТЬ?

UNICEF НЕ ДОВЕРЯЕТ СВОИМ ДАННЫМ, А МЫ ДОЛЖНЫ ИМ ВЕРИТЬ?

 

Статистика знает все - утверждали классики юмора Ильф и Петров. В то же время все мы сомневаемся в достоверности статистических цифр и отчетов, постоянно обрушива­е­мых на нашу голову. Не верим в официальные сообщения о новых рабочих местах, пока­зателях роста экономики, и даже радостное известие о рождении девятимилли­он­ного жителя Азербайджана вызвало у людей иронические ухмылки. О показа­телях работы статистики – в интервью «Новости-Азербайджан» социолога Али Алиева:

- В Азербайджане не так давно родился 9 миллионный житель. С какой уверенностью мы можем говорить, когда он родился, каковы вообще погрешности работы нашей статистики?

- Образно говоря, ситуация дрейфует где-то между двумя известными реминисценция­ми. Это «статистика знает все!» из бессмертных «12 стульев» И.Ильфа и Е.Петрова, и столь же нашумевшее высказывание английского премьера Дизраэли: «Есть ложь, есть большая ложь, и есть статистика». Впрочем, будем объективны, практически чуть ли не всегда и везде фискальные службы вызывали недовольство, и их обвиняли в неточ­нос­ти и подлогах. После краха коммунизма выяснилось, что в СССР ни одна пятилетка не была выполнена. Выявлялись изъяны в методике: однажды профессию летчика отнесли к группе рабочих. Иногда фиксировались любопытные вещи, которые вообще не при­ня­то было афишировать. Из переписи в перепись в СССР замужних женщин оказывалось на несколько сот тысяч больше, чем женатых мужчин. То есть, это были т.н. гражданские браки, где женщина чувствовала и считала себя женой, хотя документально ею не являлась.

 

Что касается рождения «юбилейного» ребенка, то это в известном смысле искусствен­ная, и, кстати, распространенная практика. Неужели вы думаете, что накануне этого события Госкомстат создал оперативную службу, которая круглосуточно держала связь со всеми клиниками, фиксируя появление на свет каждого нашего балашки? Увы, это не так. А представьте, как это (учитывая непростую демографическую ситуацию,  в которой уже в ближайшей перспективе окажется Азербайджан) можно было бы красиво и с поль­зой для дела «подать» по ТВ!?… В той же России есть сайты со счетчиком насе­ле­ния, и где цифры меняются чуть ли не ежеминутно. И вы думаете, ЗАГСы посылают туда информацию в режиме он-лайн? Нет, конечно. Просто данные годовой рождаемости, смертности и миграции разбиваются на поминутные отрезки, и итоги выводятся на сайт.

 

Чем более развита страна в информационном плане, тем точнее ее индикаторы и легче фиксировать динамику социальных процессов. Помню, я был поражен, что в Голландии, готовясь к общенациональному демографическому исследованию, провели пилотный опрос, охвативший всего-навсего 128 супружеских пар. Компьютеризация не просто облегчает работу, но и переводит ее на качественно новый уровень. И хотя она не гаран­тирует от ошибок, но позволяет их выявить и устранить с минимальными усили­ями. Вот красочный факт. Налоговая служба США лет 15 назад решила внести изменения в декларации. Отныне в графе, где американцы указывали наличие детей, нужно было вписать код их страхового полиса. И что? Число детей в США сразу упало на 1,5 миллиона! То есть американцы, желая уменьшить отчисления в госбюджет, приписывали себе наличие детей, а налоговики создали возможность «вывести их на чистую воду»!

- А что можно сегодня сделать у нас в Азербайджане?

- Можно, например, выявить худшие и лучшие школы страны, составить их рейтинг. В Госкомиссии по приему студентов за последние 15 лет накопилась обширная база данных, и я уверен, есть возможность узнать очень многое. Например, выпускники каких школ получали какие баллы на приемных экзаменах в вузы, какова динамика оценок, какая доля медалистов поступила в вуз… Словом, получить детальную панораму по каждому предмету, школе, району, стране. Было бы желание.

- Но многие старшеклассники пополняют, точнее, получают знания не в школе, а с репетиторами, это не «смажет» общую картину?

- Ну, эта проблема из решаемых. В тех же США находили с помощью компью­тер­ных программ, какие педагоги и в каких школах помогали на экзамене нерадивым ученикам проходить тесты. А я, замечая со стороны, как основательно работает наша Госкомиссия по приему студентов, если честно, был бы удивлен, если бы узнал, что этот

анализ не ведется. Просто его результаты, подозреваю, не публикуются, а жаль.

- Насколько корректны отечественные статистики?

- На одном из наших сайтов я наткнулся на «разбор полетов» Госкомстата и, знаете, даже отъявленные критики признавали, что, например, цифры по ВВП, не нефтяному сектору и прочим деликатным сферам достаточно надежны. К слову, сегодня есть масса возможностей для проверки и сравнения информации, и правда рано или поздно выйдет. Есть данные разных международных организаций, в конце концов, таких, как ЦРУ… Тем не менее, у меня есть вопросы к нашему Госкомстату, например, по поводу последней переписи. Ведь она, как известно, была сплошной, то есть «сосчитать» должны были все семьи. А в нашем доме, где не менее 70 квартир, во многие из них (я лично опрашивал соседей) никто не приходил. По инструкции, счетчики обязаны зайти еще раз, если в первый им не повезло, и хозяев дома не оказалось. Но это можно делать только в исключительных случаях, а здесь, похоже, речь не об этом, да и у ЖЭК ведь минимум информации. Кстати, ко мне звонили из нашей жилконторы и просили уточнить данные о прописке, поскольку они … потеряли соответствующие записи!

- В последнее время,  я знаю, вы «педалируете»  тему прогнозов 

численности населения … Что обещают специалисты и кому можно здесь верить?

- Как подчеркнуто  в Концепции Национальной безопасности Азербайджана, нехватка трудовых ресурсов - одна из угроз нашей безопасности, Есть и прогноз ООН, по которому с 2035 года страна может столкнуться с вымиранием населения. Иными словами, ситуация критическая, речь идет об угрозе самой государственности. И как на это реагируют наши демографы и статистики? Никак. Нет ни одной статьи или даже реплики, где они подтверждали бы или опровергали прогноз ООН. У Госкомстата вроде бы нет оснований для беспокойства: последние несколько лет коэффициент фертильности держится у отметки 2,3 ребенка на женщину, что должно обеспечить простое воспроизводство. Правда, есть очень серьезное «но». Картинка Госкомстата противоречит данным демографов РФ, по которым с 60-ых годов ХХ века кривая рождаемости в Азербайджане катилась вниз. В конце 90-х она, как и следовало ожидать, провалилась ниже 2,0 (что не обеспечивает даже «нулевой рост»). В 2003 году рождаемость упала до критических 1,7 ребенка на женщину. Причина? Мы медленно, но верно переходили на европейский тип демографического поведения с его низкой рождаемостью и новым отношением к институту семьи. Так что, речь идет не о ситуативном явлении, а о тенденции, и сокращение прироста населения стоит ожидать уже в ближайшей перспективе. Это, собственно, подтверждает и сам Госкомстат. Судя по пирамиде населения 2008 года, в возрасте 0-14 лет женщин меньше, чем в 20-29 лет. То есть, на смену мамам 20-29 лет (а это - наиболее активно рожающая когорта) придет меньше женщин, отсюда, замещения поколений и воспроизводства населения не получится. Иными словами, под  Азербайджан заложена демографическая бомба, которая уже тикает. Но Госкомстат и наши демографы эту тему упорно избегают, во всяком случае, публично. Хотя, например, в России только Центр А.Г. Вишневского за последнее время подготовил массу моделей развития тамошней демографической ситуации. А где отечественные прогнозы? Почему нам приходится опираться на международные структуры? Почему в жизненно важных вопросах мы должны полагаться на оценки со стороны? К слову сказать, кроме ООН готовит демографические сценарии ЦРУ и знаменитая корпорация RAND (!). Кому же верить, и нужно ли «верить»? Ведь речь идет о выживании государства, и нам нужно знать, и знать наверняка.

 

Кстати, международные  организации регулярно и с размахом проводят у нас разные социально-демографические опросы, на основе которых можно составить детальную картину происходящего, в том числе, и делать прогнозы. Но их базы данных недоступны нашим исследователям, а отчеты поверхностны и вызывают множество вопросов. Недавно я прочел интервью шефа UNICEF в Азербайджане М. Герварда, который с гордостью подчеркивал, что, например, опрос 2006 года «Демография и здоровье», проведенный вместе с Госкомстатом, не раз проверялся на надежность…

- А у вас есть сомнения?

- Можно ли доверять отчету, где указано, что Азербайджан – это мононациональ­ная страна? Как может быть, что в Нахчыване опрос не был проведен, дескать, из-за блокады, а референдум, парламентские и президентские выборы там проводятся? Почему на одной странице указано, что почти все роды в Азербайджане принимаются в больничных условиях, а на другой – что на селе чуть ли не треть родов происходят дома?

 

Вот еще информация к размышлению: в ходе опроса у 10 тыс. респондентов взяли кровь на анализ (!) Зачем? После разговоров в СМИ о том, что атипичная пневмония была рассчитана на китайцев, что «птичий» грипп разработан в лабораториях западных спецслужб, а позиция ВОЗ по поводу «свиного гриппа» выглядит странно, откровенно говоря, становится как-то не по себе. Кто может гарантировать, что на основе этих анализов крови не будет разработано биологическое оружие, учитывающее наши генетические особенности?...

 

Отчет по итогам исследования «Азербайджан - 2006: демография и здоровье» буквально нафарширован ошибками. При первом его чтении складывается впечатление, что это - стиль работы Госкомстата, а при внимательном ознакомлении убеждаешься: так оно и есть. Опрос, которым охвачено более 10 тыс. человек, и отчет по которому готовился два года, обошелся в 1,5 миллиона долларов. И что в итоге?

- Неужели «гора родила мышь?»

- Да, причем, дохлую. Посмотрите, что там написано. На стр. 46 читаем, что у женщин 20-24 лет рождаемость упала на 30% - с 2,14 до 1,64 (это ошибка, на самом деле она снизилась на 23,4% - А.А.). Но это не все. Авторы почему-то не увидели, что в другой важной группе азербайджанок (25-29 лет) рождаемость рухнула на целых 45% (с 1,97 до 1,08). А ведь это – наиболее активные группы, на них падает почти вся нагрузка по воспроизводству населения. Цифры сигнализируют: нам грозит депопуляция, но о ней в тексте ни слова, Госкомстат ее не видит. А как комментирует ситуацию шеф UNICEF в Азербайджане М.Гервард? Убаюкивающе: «…нет повода для беспокойства». Выходит, он не доверяет своим данным, а мы должны им верить?!

- Ну, ждать от чиновника беспокойства по поводу наших проблем, наверное, не стоит…

- А куда смотрит Госкомстат?! Ведь это он отвечает за качество и содержание отчета по исследованию, на которое угрохали кучу денег, времени, нервов и сил …

 

Пора избавляться от иллюзий, что кто-то со стороны готов бескорыстно решать наши проблемы. Каждые несколько лет международные структуры проводят в Азербайджане масштабные демографические обследования. 2001 год - ADRA и Минздрав, 2006 год - UNICEF и Госкомстат, 2008 год - Фонд народонаселения ООН и Минтруда. В 2011 году UNICEF собирается «освежить» данные 2006 года, повторив свой социально-демогра­фи­ческий опрос. Вот как «обосновал» необходимость повтора М. Гервард. «Учитывая, что статистическая информация устаревает, мы поддержим правительство (Азербай­джана) в проведении очередного опроса в следующем году. Исследуемые вопросы не относятся к категории меняющихся быстро. Не думаю, что исследования будущего года укажут, что картина с 2006 года драматично изменилась». Вы что-нибудь поняли? Вот суть сказанного: информация устаревает, ее надо обновить, но исследуемые вопросы не относятся к числу быстро меняющихся. Выходит, что нужно обновить информацию, которая не изменилась?! Зачем?

 

Складывается впечатление, что качество отчетов, которые по итогам регулярных и массовых обследований составляют наши демографы, не интересует международные организации. Главное – собрать информацию, которую дальше они проанализируют сами. То есть, страна превращается в полигон, где отрабатывается стратегия и тактика контроля рождаемости. Международные структуры не интересуют демографические проблемы Азербайджана. Планирование семьи и контроль рождаемости? Да. Стери­лизация мужчин и женщин, пропаганда контрацептивов, в том числе, среди подростков? Да, это их волнует, здесь они работают всерьез. Улучшение демографи­ческой ситуации и повышение рождаемости в Азербайджане? Нет, тут они «пас». Впрочем, об этом много сказано, и не буду повторяться. Напомню: опрос 2006 года зафиксировал серьезность угрозы депопуляции, А какую проблему выбрал UNICEF для дальнейшего исследо­ва­ния? Ранние браки. По словам М.Герварда, по данным 2006 года каждая восьмая женщина в группе 20-24 года вышла замуж в раннем возрасте. Иными словами, актуальна эта проблема, а не реальная угроза депопуляции!

 

Подчеркну: опрос охватил тысячи женщин, и чтобы судить о распространенности ранних браков информации достаточно. Нужно только посмотреть, сколько азербайджанок в возрасте 15-17 лет фактически состоят в брачных отношениях. Но это не сделано, и не сделано, на мой взгляд, осознанно и целеустремленно. Замалчивается угроза сокращения населения страны и критического ухудшения демографической ситуации, и искусственно выпячиваются проблемы ранних браков, которой и занялся UNICEF.

- Речь о масштабном проекте "Ранние браки: нарушение прав детей", который провел Международный центр социальных исследований (МЦСИ) под патронажем UNICEF, не так ли? Как вы его оцениваете?

- Он производит удручающее впечатление. Дело в том, что МЦСИ использовал метод т.н. фокус-групп, но сделал это дилетантски. Это тонкий инструментарий, который способен показать работу крайне тонких механизмов. Например, нюансы восприятия образа политика (собственно, для этих целей метод и был изначально придуман), когда фиксируется не только словесная реакция участников группы, но и их жесты, мимика и даже молчание. Но этот метод требует высокого мастерства исполнителей. В отличие от массовых опросов, напоминающих фабрики зондажей общественного мнения, это «штуч­ный товар», где чуть ли не все зависит от ведущего. Это метод качественных исследований, где ни о каком сравнении «мнений» речи быть не может. И, конечно, нельзя использовать фокус-группы для анализа масштабов распространенности того или иного явления. Словом, нужно знать границы применения метода и умело им поль­зоваться, иначе вас ждет фиаско, которого, увы, МЦСИ избежать не удалось. Примеры? Сколько угодно. На стр.15 отчета указано, что одна из целей проекта - выявление распространенности ранних браков. На стр. 67 эта тема развивается: «… эта практика (роста числа ранних браков – А.А.) широко распространена в селах Абшерона (не только среди коренных жителей, но беженцев и вынужденных переселенцев), а также на юге (Ленкорань) и севере страны (Губа). Западный регион (Агстафа) в этом плане выделя­ется меньше». Это не просто грубая или случайная, а системная ошибка, поскольку выявление масштабов явления не подвластно фокус-группе. Разработчики ведут себя, как слон в посудной лавке, не только «круша законы жанра», но и пытаясь придать тому наукообразность, ранжируя районы по степени распространенности ранних браков!

 

Отчет насыщен диаграммами, которые преподносят данные фокус-групп как итоги опроса общественного мнения, чего нельзя делать. Например, каков экономический статус семьи жениха, мотивация родителей при выдаче дочери замуж, хотела ли она сама вступить в брак или сделала это по настоянию родителей и проч. Некоторые тезисы вообще вызывают, как бы мягче сказать, … удивление. Вот пассаж со стр.6: «статистической информации об опасности ранней беременности и родов, а также других отрицательных последствиях ранних браков достаточно». И ровно тремя строчками ниже новое откровение: «статистика детской смертности, смертности новорожденных и матерей до 18-ти лет мала». Но и это не все. На стр. 28 и 54 размещены диаграммы, показывающие … позитивную динамику снижения детской смертности и роста числа младенцев, рожденных мамами в 15-17 лет (!). То есть, цифры противоречат утверждениям разработчиков! Когда же им верить и верить ли вообще?! Только и остается, что развести в недоумении руками и вспомнить классику: «Умри, Денис, лучше не напишешь!» или «Ай, да Пушкин, ай, да … !»

 

Кстати, авторы проекта признаются в собственном дилетантизме. Так, говоря о насилии в семье, они отмечают, что многие стесняются разговаривать на эту тему, и что это  трудно выявляемая проблема. (МЦСИ провел с 51 лицом, состоящем в раннем браке, 39 обсуждений, каждое из которых длилось почти 2,5 часа, но доверительных контактов наладить не удалось). И потому МЦСИ приводит не свои, а данные опроса «Демография и здоровье». Но как могло случиться, что в ходе фокус-групп, специально созданного для поиска ответов на «интимные» вопросы, не поддающиеся обнаружению во время массовых опросов, МЦСИ не удалось зафиксировать то, что зафиксировал Госкомстат в ходе опроса «Демография и здоровье»?! Выходит, модераторы МЦСИ - не профессио­налы? Но тогда, согласитесь, им нельзя верить, ведь мастерство ведущих – обязатель­ное условие проведения фокус-групп.

 

Поражает и «логика» преподнесения материала, она больше напоминает приемы «про­мывания мозгов», чем стилистику научного отчета. Как это делается? Высказыва­ется тезис, «подкрепленный» абстрактным упоминанием о мировой практике (без каких-либо сносок и ссылок), отмечается, что сведений о ранних браках в Азербайджане мало, и «выдается» негативная информация проекта. Вот цитата со стр. 8 (стилистика отчета сохранена): «Исследования, проведенные в мире по проблемам ранних браков, показали, что такие супружества не устойчивы, они заканчиваются разводом либо тем, что женщин бросают, а это приводит к негативным последствиям не только для матерей, но и для детей, появившихся на свет в таком браке, и которых растят матери-одиночки. Впрочем, в ходе наших исследований эту тенденцию в Азербайджане выявить не удалось, поскольку ранние браки официально не регистрируются, а значит, нельзя выявить и реальную их разводимость». Эти тезисы повторяются на стр. 68. Правда, там для «научности» приводится диаграмма, «показывающая», что на Апшероне 28% ранних браков кончается разводом. (Стоит ли напоминать, что по методике этого нельзя делать и что все эти графики на деле не содержат реальной информации о ситуации?)          

 

Меня, если честно, умиляют  стенания МЦСИ по поводу трудностей с фиксацией ранних браков и разводов. Понятно, что проблема существует, но ведь выход из ситуации был! Вы не забыли о каждой восьмой женщине в группе 20-24 года, которая вышла замуж в раннем возрасте? Это о них говорил глава UNICEF, опираясь на опрос «Азербайджан - 2006: демография и здоровье». Замечу, что отчет МЦСИ обильно сдобрен данными этого опроса, но только не для прояснения ситуации с ранними браками. Почему? Почему нет информации о том, сколько азербайджанок 15-17 лет заключили ранний брак? Почему шеф UNICEF приводит цифры из этого отчета по поводу ранних браков, а МЦСИ, ухлопавший два года на реализацию проекта, и год – на написание отчета, не захотел ими воспользоваться? Нам не показали, как обстоят дела и в других возрастных группах (например, 25-29, 30-34 года). А ведь по ним можно было бы составить впечат­ление о динамике, стало ли ранних браков больше или меньше. Но и этого не сделано.

- Может, Госкомстат вел себя как «собака на сене» и не предоставил информацию?

 - … и UNICEF, раздобывший 1,5 млн. долларов на этот опрос, не мог получить его данные для своего другого проекта?! Сомневаюсь. Просто реальная ситуация с ранними браками никого не волновала. «Задумщики» проекта хотели получить только негатив, причем, любой ценой. В конце концов, почему UNICEF принял и оплатил отчет, кишащий ошибками? Куда делась система проверки качества данных? Ведь в целом работа МЦСИ – это иллюстрация того, как нельзя проводить фокус-группы, а их отчет – это сплошной методологический нонсенс…

 

Что же касается концептуальной базы, то она построена на домыслах и сомнительных «фактах». Из страницы в страницу нам пытаются внушить, что ранние браки «оказывают негативное воздействие не только на институт брака, но и на все азербайджанское общество». И что азербайджанская семья, дескать, возвращается к истокам, все больше и больше трансформируясь в патриархальную. То есть, МЦСИ, похоже, не в курсе происходящего.

 

Напомню, последние 50 лет Азербайджан переходил на европейский тип брачного поведения, что означает уменьшение семьи, рождаемости, количества детей и рост разводов, словом, «вестернизацию» института семьи. У нас, как и во всем остальном цивилизованном мире, свершилась сексуальная революция. Супружеская неверность больше не представляет собой нечто аморальное, т.н. гражданские браки мало кто осуждает, «разбушевались» и сексуальные меньшинства. Остались в прошлом «матери-героини», семья с несколькими детьми уже вызывает сочувствие, а не одобрение, и многодетной считается мама, имеющая 3-4 малышей. Растет количество внебрачных детей: в 2004 году они составили почти 20%. И разница между сельским и городским поведением здесь еле заметна: 4%. И дело не только в том, что плохи сегодняшние показатели. Фокус в том, что за ними – новые образцы брачно-семейного поведения. Мы стали более либеральны, и во многом ориентированы на новые приоритеты, что неизбежно сказывается на семейно-брачном поведении. И это на фоне миллиона беженцев и мощной трудовой миграции мужчин, катализирующих негативные тенденции. И нужно очень стараться, чтобы не заметить подобное, но МЦСИ это удалось.

 

По данным статистики, в 2000-2008 годы матери в возрасте 15-17 лет произвели на свет 22,6 тысячи малышей. Иначе говоря, замуж выдали школьниц, которым не исполнилось 17 лет, предусмотренных законом. То есть, речь идет о массовых нарушениях, и в отчете МЦСИ об этом говорится. Как говорится и о том, что правоохранительные и судебные органы, исполнительная власть действуют не эффективно, что муллы не должны заключать кябин без свидетельства ЗАГС, что слаб юридический механизм, позволяющий эффективно бороться с ранними браками. И что же в итоге предлагается? Какие рекомендации для правительства выдали UNICEF и МЦСИ? Лишать «лицензии» мулл, заключающих кябин без свидетельства ЗАГС? Повысить ответственность родителей за принуждение девочек к замужеству? Строже спрашивать с мужчин, которые женились на «малолетках»? Повысить ответственность правоохранительных органов за непринятие мер против нарушителей? Ведь именно это может приостановить рост числа ранних браков. Но ни UNICEF, ни МЦСИ не нацелены, похоже, на снижение остроты проблемы. Они предлагают иное: повысить для женщин минимальный возраст вступления в брак до 18 лет. То есть, решили, что новый закон будут уважать больше, чем старый, который нарушается сплошь и рядом. Почему?

- Похоже, для вас  этот вопрос –  риторический…

- Потому что ответ лежит на поверхности. МЦСИ ухлопал кучу времени и денег, чтобы «доказать», что нужно поднять брачный возраст для женщин. И UNICEF не волнует ни дилетантизм МЦСИ, ни алогичность предложенных рекомендаций.

 

Любопытная деталь: UNICEF ратует за то, чтобы наше государство выплачивало жертвам траффикинга единовременно 500 манат. (Сравним: помощь при рождении ребенка, которое обходится семье примерно в 1500 манат, составляет 75 манат). То есть, UNICEF считает, что «жрицам любви» правительство Азербайджана должно уделять на порядок больше заботы, внимания и ресурсов, чем молодым мамам и рождаемости. Вот куда нацелена стрелка интересов UNICEF. К тому же, получается, что один проект UNICEF подчеркивает необходимость борьбы с «продажной любовью», а другой – «фиксирует» переход азербайджанской семьи в разряд патриархальной, и где, по логике, о путанах речи быть не может.

- Как-то странновато получается…

- Если не забывать, что UNICEF не волнуют состояние и перспективы нашей демографической ситуации, то получается очень даже логично и последовательно. Вообще у меня возникло устойчивое ощущение, что UNICEF старается вызвать у нас комплекс неполноценности, связанный с ранними браками. Хотя ситуация в мире не так однообразна, как нам упорно внушают. В Греции минимальный брачный возраст установлен в 14 лет для женщин и 18 – для мужчин. В Великобритании - 16 (16), Венгрии – 14 (14), Венесуэле, Ирландии, Уругвае, Боливии и Колумбии – 12 (14), Италии, Португалии и Мексики - 14 (16), в Японии - 16 (18). И этот список далеко не полон. Так что, мы вовсе не «белые вороны». Так, может, UNICEF начнет агитацию за подъем брачного возраста с этих стран? А мы посмотрим, как это скажется на их демографической ситуации, и решим: поднимать брачный ценз или нет. Напомню: Франция увеличила минимальный брачный возраст для женщин до 18 лет только в 2005 году. До того француженки могли выходить замуж с 15 лет (эта норму ввел Наполеон еще в 1804 году). И знаете, чем вызваны трансформации брачной нормы? Ранними браками и высокой рождаемостью мигрантов, кардинально ухудшившими этнокультурную ситуацию. Как утверждают эксперты, возникла угроза основам французской цивилизации. Иными словами, поднятие или снижение возрастной планки способно привести к далеко идущим последствиям. Знают ли о них некоторые наши депутаты, с подачи UNICEF ратующие за увеличение брачного возраста? Обратите внимание, международные структуры считают 15 лет нормальным для начала интимной жизни. По программам, которые UNICEF, Фонд населения ООН и прочие организации внедряют в Азербайджане, сексуальное просвещение (включая бесплатную и массовую раздачу контрацептивов) проводят именно с этого возраста. Какая схема демографического поведения может сложиться сейчас, если нам не будут «помогать» со стороны? Ранний секс - ранняя беременность - ранний брак – увеличение рождаемости. А к чему приведет программа, навязываемая международными структурами, и которую резонно называть «контрацептивной геополитикой»? Ранний секс – поздний брак – поздний ребенок – падение рождаемости. То есть, с активной «помощью» международных организаций мы усугубляем и без того непростую демографическую ситуацию. Вот почему, решая проблемы, связанные с семьей, в том числе, и с ранними браками, нужно выделить главное. К чему приведут предлагаемые решения: к росту или снижению рождаемости, к ухудшению или улучшению демографической ситуации? Лично для себя я ответил на эти вопросы и потому считаю предложения UNICEF неприемлемыми. Кстати, когда М. Герварда спросили, куда приведут рекомендации UNICEF поднять минимальный брачный возраст для женщин - улучшит это или ухудшит демографическую ситуацию в Азербайджане, он ушел от ответа… Согласитесь, это не только «громкое молчание», но и показательное.

 

Али КЯМАЛ. «Новости-Азербайджан», 29 марта 2010 года




 
 
Copyright © 2014 Rey.az. All Rights Reserved.