Ünvan : 370001. Bakı,
İstiqlaliyyət, 49/ 26

(+99412) 492 42 41
ИССЛЕДОВАНИЯ
ПРЕССА О НАС
ExitPoll
Специальные исследования
Социальное самочувствие и демографические исследования
Парламентские опросы
Карабахская проблема
Президентские опросы
Бакинские опросы
Внешняя политика
Электоральные опросы
ВЫБОРЫ ПРЕЗИДЕНТА


ЭКЗИТ-ПОЛЫ



НАШИ ПАРТНЁРЫ:
.::Region Plus
.::INTERFAX
.::TREND
.::Новости - Азербайджан

ЭЛЕКТОРАЛЬНЫЕ ОПРОСЫ

ПРОБЛЕМА КАРАБАХА
ПРЕССА О НАС -> 14.05.2013 - "В ДОМЕ ПОВЕШЕННОГО НЕ ГОВОРЯТ О ВЕРЕВКЕ" О "безупречных данных" и "надежных методах" Transparency International

http://regionplus.az/ru/articles/view/2046

 

 

"В ДОМЕ ПОВЕШЕННОГО НЕ ГОВОРЯТ О ВЕРЕВКЕ"

О "безупречных данных" и "надежных методах" Transparency International

 

Али АЛИЕВ

Баку

 

Как известно, еще в конце 2012 года известная международная организация Transpa­ren­cy International (TI) опубликовала очередной Индекс восприятия коррупции (ИВК). Он ранжирует страны в зависимости от представлений о распространенности этой "болячки" и составляется на основе многих исследований. Страна с минимальным рейтингом, отмечает TI, является самой коррумпированной не в мире, а лишь среди попавших в ее индекс. Мы не будем подробно останавливаться на анализе рейтингов, так как более интересно изучить саму методологию TI.

 

С 1995 г., когда ИВК впервые увидел свет, TI неизменно подчеркивает, что

использует "безупречные данные, не содержащие искажений и проанализированные

самыми надежными методами" и старается добиться максимальной точности,

совершенствуя методику. Содержит новшества и ИВК-2012. Это минимум третья

радикальная трансформация инструментария за минувшие 17 лет. Собственно, в этом

можно увидеть похвальное стремление к идеалу, если бы не несколько существенных

"но". Впрочем, не будем забегать вперед и посмотрим, как составляется ИВК.

 

На первых порах TI использовала собранные за три года данные разных опросов

общественного мнения и экспертные оценки. Правда, практически сразу была

заложена странная традиция. Список стран, включаемых в ИВК, каждый год почему-то

менялся, что мешало понять, как смотрится ситуация в стране на фоне других

государств. К тому же TI широко использовала зондажи общественного мнения, хотя

это с самого начала вызывало сомнения. Там не могли не знать, что "человек с

улицы" может судить только о бытовой коррупции. Ему не доступна информация о

происходящем в высших эшелонах власти, в парламенте или партиях. "Прозрела" TI

лишь в 2004 г. Было решено сфокусировать ИВК только на экспертных оценках,

поскольку, цитирую пресс-релиз, "представители бизнеса гораздо больше, чем

простые граждане, осведомлены о верхушечной коррупции. Большинство же граждан

имеют представление лишь о низовой коррупции".

 

Но если вы подумаете, что в TI вообще отказались от зондажей общественного

мнения, то ошибетесь. Там создали еще один "прибор" - Барометр мировой коррупции

(БМК), основанный на опросах населения и касающийся восприятия и столкновений с

коррупцией на разных уровнях. Интересно, что в пресс-релизе ИВК-2007

подчеркивается, что Барометр мировой коррупции "направлен на оценку отношения

граждан к коррупции и случаев столкновения с ней в повседневной жизни". Но TI

нас вводит в заблуждение. Для того же БМК-2007, например, гражданам задавались

вопросы о коррупции в сферах, где они не компетентны: в партиях, парламенте и

НПО. Похоже, TI действует по принципу "если нельзя, но очень хочется - то

можно".

 

Еще пример: в 2002 г. в США обанкротился 60-миллиардный энергетический колосс

Enron. Но дело не только в масштабах события. Как выяснилось, Arthur Andersen -

аудитор банкрота, входящего в пятерку мировых компаний, вместо того чтобы

предупредить акционеров о финансовой опасности, советовал менеджерам Enron, как

скрывать убытки! Отразилось ли это на рейтинге коррупции США? По данным TI, в

2002 г. он составил 7,7 балла, а на следующий год опустился только до 7,5. На те

же 0,2 пункта опустился тогда и рейтинг Азербайджана, но что в этом плане

существенного произошло у нас? Ничего. Почему же ИВК столь пристрастен: из-за

изъянов методики или сервильности составления?

 

Как без тени смущения заявляла TI в середине 1990-х, ИВК "представляет собой

моментальный снимок ситуации, дает представление о текущих, сиюминутных оценках

уровня коррупции, не фокусируя внимание на ежегодных изменениях". Но о каком

блиц-фото может идти речь, если ИВК строится на основе усредненных данных за

трехлетний период?! И что это за "сиюминутные оценки", которые игнорируют

ежегодные изменения?! Согласитесь, это какой-то оксюморон. (Кстати, по каким-то

причинам TI основательно "подчистила" архив: из старых пресс-релизов исчезли

многие объяснения методики, остались лишь сухие таблицы).

 

Впрочем, иногда TI признает свои огрехи. Цитата: "В прошлом экспертные оценки для ИВК зачастую были представлены предпринимателями из... развитых стран. Точка

зрения экспертов развивающихся стран была представлена... значительно меньше".

Но такие признания - исключение. Правило - это выпячивание мнимых или дей­стви­тельных достоинств своей методики и отказ от обсуждения спорных моментов.

Заметим, что в адрес TI критика высказывалась и раньше. Еще в 2002 г. в статье

"Методологическая ошибка или вычислительный расизм" аналитики В.Баранов и

Д.Горбатов выразили сомнения в качестве информации TI. Но, увы, с совершен­ство­ванием методики и ростом числа ИВК сомнения лишь увеличились. Как говорится, "чем дальше в лес, тем толще партизаны".

 

"Существенные изменения уровня коррупции происходят медленно", - утверждает TI.

Но тогда какой смысл в ежегодном ИВК? И если ежегодные подвижки в ИВК не могут

быть значительными, то почему, например, Россия, "заработавшая" в 2001 г. 2,3 бал­ла, на следующий год "подпрыгнула" на 12%, набрав 2,7 балла?! Прыжок совершил и Пакистан, который переместился с отметки в 2,3 балла до 2,6 (разница в 11%). Стоило свершиться "оранжевой революции" в Украине и "революции роз" в Грузии, как уже на следующий год их рейтинг улучшился, хотя, как уверяла TI, на ежегодные изменения ИВК реагирует слабо. Но в TI предпочитают не распространяться по поводу погрешности измерения.

 

Известно, что ИВК и БМК базируются не на реальной ситуации, а на представлениях

людей. Но прямая связь между этими параметрами совсем не обязательна. Это

подтвердил и Latinobarometro - обследование 17 стран Латинской Америки, прове­денное в 2000 г. Как подчеркивала на встрече т.н. Антикоррупционной сети (Стамбул, 2003) глава российского отделения TI Е.Панфилова, мексиканцы посчитали коррупцию "очень серьезной" проблемой. Но такого же мнения придерживаются и в Чили, хотя там уровень коррупции намного ниже. То есть коррупция может быть малой, а восприниматься как большая, и наоборот. Аналогичная картина зафиксирована и на другом континенте. Как показал "Афробарометр", личный опыт коррупции в этих странах, как правило, ниже уровней ее восприятия, и коррупция неодинаково оценивается респондентами среди наиболее важных проблем. Иными словами, в TI отдают отчет в том, что этнокультурные факторы влияют на представления о коррупции, но реагируют обтекаемо: ИВК "основывается на комплексе представлений, не искаженных культурными предубеждениями". То есть, точность и надежность инструментария исследований остаются скрытой "дымовой завесой" малопонятных объяснений и отговорок.

 

И еще. При составлении ИВК, как известно, сводятся воедино цифры, полученные в

ходе обследований по разным методикам. А это, конечно, уменьшает погрешность (в

одном случае спрашивают, как часто приходится давать взятки, в другом - оцени­вают уровень коррупции, в третьем - эффективность борьбы с ней). Тематика едина, но на деле оценивается не одно и то же, как говорится, дьявол таится в деталях. Помните индийскую притчу о слоне? Слепцы, никогда не встречавшие это животное, случайно сталкиваются с ним на дороге. Каждый ощупывает его руками и рассказывает о своих впечатлениях. Один слепой протянул руки и ощупал бивень: какой крепкий и острый, слон похож на копье! Второй коснулся хвоста: он похож на веревку! Третий потрогал ухо: слон похож на опахало! Четвертый взялся за ногу: слон похож на дерево! Вот так и здесь. Каждый элемент имеет отношение к целому, но можно ли сложить из них "картинку" и насколько точно она отразит реальность? Иначе говоря, агрегировать можно любые показатели, но в какую погрешность это в итоге выливается? Ведь из-за разности вопросов в анкетах у каждой страны набор индикаторов для ИВК может быть специфическим, значит, погрешность окажется настолько большой, что нет смысла сравнивать данные. Так что речь идет не только о статистической ошибке, которая по умолчанию не может быть маленькой, но и о смысловой, т.к. предмет исследования везде разный. Но тогда что же измеряет Transparency International на самом деле?

 

С уменьшением числа источников информации, отмечают эксперты TI, точность

расчета доверительного интервала падает, в этих случаях целесообразно обращение

к исходным данным. Мы последовали этому совету и… обнаружили среди первоисточ­ников итоги опроса, проведенного печально известной азербайджанской службой "Пульс-Р", в выборке которой мужчин всегда больше женщин, тогда как по статис­тике должно быть все наоборот! То есть данным этой службы, а значит, и TI, нельзя доверять. Это неприятно читать (и, поверьте, писать), но такова реальность.

 

Расставим точки над "i". Хотя Transparency International с самого начала всячески выпячивала безупречность своих данных, на практике она не раз модифицировала методику. То есть TI признает, пусть и задним числом: то, что "вчера" выдавалось за идеал, "сегодня" таковым не является. Что ж, у TI возникают претензии к методике и ее совершенствуют, и это понятно. "Джентльмены всегда играют по правилам и не проиг­рывают, они лишь иногда изменяют правила". Но тогда закономерен вопрос: как эти изменения сказывались на точности исследований? Но ответа нет, TI хранит молчание. Несмотря на мои неоднократные запросы, ни в азербайджанском, ни в российском, ни в казахстанском, ни в украинском отделениях TI, ни в ее берлинском офисе не захотели обсуждать эту болезненную тему. "В доме повешенного не говорят о веревке"?

 

Этот принципиальный отказ говорить о погрешности ИВК на фоне перечисленных фактов приводит к неутешительному выводу. Transparency International, опрашивающая из года в год десятки тысяч человек, производит сомнительные индексы, выстроенные из мешанины данных, им нельзя верить. Какой вывод от всей этой суеты? Чему служат эти индексы? Складывается впечатление, что подобные рейтинги, как и "дорожные карты", country risk и прочие индексы, политически сервильны. Да, коррупция у нас есть, и без эффективной борьбы с ней страна не может полноценно развиваться, нужно

мобилизовать все силы для борьбы с этой "раковой опухолью". И составление

рейтингов может сослужить здесь добрую службу, помогая найти адекватные меры

противодействия. Но, как оказывается, здесь Transparency International не помощник. 




 
 
Copyright © 2014 Rey.az. All Rights Reserved.